Желания не было

– Дмитрий Александрович, добрый день! Спасибо, что нашли время в насыщенном рабочем графике. И даже угостили чашечкой кофе, не акцентировав внимания на беспрецедентную наглость... Знаю, в клинической больнице работаете с 2000 года – еще с периода обучения в университете. Неужели с детства хотели стать врачом?

– Несмотря на то, что у меня врачебная династия (я врач в третьем поколении), откровенно говоря, подобного желания ни в детстве, ни в юношестве – не было. И встреть я, сегодняшний, себя одиннадцатиклассника с вопросом: «Знаешь, кем будешь через шесть лет?», я бы ответил так: «Ну, да, примерно знаю – клерком с юридическим образованием». В ту пору будущее представлялось именно таким: несмотря на «отягощенную» наследственность, я случайный человек в медицине. (Улыбается.)

– Тем не менее, при поступлении в вуз выбираете АГМА (в настоящее время – СГМУ)…

– Так и есть… По разным причинам не сложилось поступление на юридический факультет. Дальнейший выбор «падает» на новый факультет Архангельской медицинской академии – медико-профилактический. Тогда мне казалось: работа в практическом здравоохранении не для меня, а вот менеджмент здравоохранения… – почему нет?! Поступил на медико-профилактический факультет. Так учась на втором курсе, устроился санитаром в приемное отделение Архангельской областной клинической больницы. И буквально через два месяца работы пришел в неописуемый восторг. Я, действительно, в хорошем смысле слова «заболел» всем происходящим.

– То есть, новый факультет оказался не такой уж и случайностью…

– Получается, что так. И помню слова напутствия нам, первокурсникам, декана факультета: «Редко происходит так, что человек осознанно выбирает профессию. И когда, по итогу, человек становится большим специалистом в своей отрасли, он начинает любить то, чем занимается»… В моей жизни случилось именно так: быстро влюбился в специальность. А по-настоящему полюбил ее, когда начал работать – юношеская влюбленность переросла в большую любовь.

– Как произошел этот щелчок – «вот оно мое!»? Я так понимаю это произошло тогда, когда погрузились в рабочий процесс…

– Совершенно верно. Когда видишь работу изнутри, глубже проникаешься сферой... Тогда все и прочувствовал на себе. Видимо, в тот момент что-то и «переключилось». Я и оценил профессию по-настоящему.

– Так что же в ней так привлекло, что «держит» до сих пор? Это явно какое-то сильное чувство…

– Привлекла именно возможность помогать… Избавить страждущего от проблем…


Почти как скульптор

– Потом приняли решение о переводе на лечебный факультет, потому что четко понимали, что хотите стать врачом?

 В тот момент уже мечтал стать хирургом. Достаточно много ходил дежурить с нашими хирургами. В больнице в то время не было дежурных травматологов. И помощь пациентам травматологического профиля оказывали хирурги. А в особенно сложных случаях в клинику вызывали дежурившего на дому травматолога. Поэтому я видел пациентов с повреждениями опорно-двигательного аппарата. И я видел, как с ними работали хирурги, как с ними работали травматологи… Так у меня возник большой интерес к травматологии.

– Чем, как считаете, был вызван большой интерес?

– Потому что наша специальность реконструктивная. Она направлена на восстановление… Абдоминальная хирургия, по большей части, резекционная. Есть проблема: повреждение, воспаление? – Удалили! А травматологи что делают? Восстанавливают! Понимаете, отличие? Собрав полную информацию о пациенте и повреждении, травматологи начинают скрупулезно реставрировать. Это, собственно, и привлекло. Определяющий фактор, который подтолкнул к выбору этой специализации.

– Полагаю, профессия привлекла именно созидательной и творческой составляющей, верно?

– Абсолютно точно.

– С какой творческой профессией могли бы сравнить профессию травматолога-ортопеда?

– Скульптора, конечно!

 

Под рабочим углом

– Даже не сомневалась в ответе. Так на протяжение тринадцати лет «скульптурируете»? До сих пор – ежедневно – получаете удовольствие от работы?

– Это как раз то, о чем говорил выше. Эта любовь, большая и настоящая, которая приходит со временем… Разумеется, был момент (в первый год работы, когда только начинал погружаться в новое «ремесло») сомнений: то ли это – туда ли я пришел?.. Но надо отдать должное старшим коллегам: никогда не вязали по рукам! С первого дня работы была предоставлена, что называется, свобода творчества. И поэтому легко обучался новой профессии. Научился что-то одно делать, потом – другое. С каждым днем вдохновение и уверенность в собственных силах увеличивались. Так оформилось понимание, работа врача – мое призвание.

– Вы из врачебной династии: мама и бабушка – врачи. Как они отреагировали на ваше «волеизъявление» с выбором профессии?

– Да, мама и бабушка – врачи-неврологи. Кстати, тоже всю жизнь проработали (а мама продолжает работать) в нашем лечебном учреждении. Вы знаете, меня никогда, надо отдать должное семье, не подталкивали в медицину. Таких даже разговоров не было, мол, поступай в медуниверситет! Только когда самостоятельно принял решение и поделился с ними, отговаривать – не стали, но посчитали нужным предупредить: «Медицина – тяжелый труд. Подумай!».

– Обратившись к машине времени и повернув колесо истории на пятнадцать лет назад, уже зная о тех сложностях, которые преследуют врача в России, вы бы изменили свой выбор?

– Не поменял бы. У меня выбор остался бы прежним. Это на тысячу процентов так.

– Расскажите, как примерно проходит ваш среднестатистический рабочий день?

– Рабочий день начинается в половине девятого утра с «пятиминутки» – планерки в отделении, на которой обсуждаются наиболее острые проблемы отделения за сутки. После планерки – без пятнадцати девять – проходит хирургическая конференция, на которой дежурные врачи докладывают все случаи экстренной госпитализации за сутки, обсуждаются наиболее тяжелые пациенты и обозначаются планы на текущий рабочий день. С девяти утра начинаю осмотр пациентов, которые поступили с вечера-ночи. С половины десятого начинается работа в операционной. Правда, в настоящий период днем оперирую меньше: в связи с административными задачами заведующего отделением.

– Оперируете почти каждый день?

– Фактически да. По одной-две операции в день, в среднем, получается.

– Уже привыкли к такой серьезной нагрузке?

– Здесь большая заслуга моих коллег... В отделении сформировался замечательный коллектив. Коллеги достигли высокого уровня мастерства. И у нас, в принципе, нет операций, зависимых от одного человека. Это значительно упрощает мою работу, когда внимание сосредоточено на решение насущных административных проблем, а не на решение клинических вопросов. Всегда есть человек, на которого можно положиться, поэтому в настоящее время работа проходит ровно.

– Сложно ли совмещать административную деятельность и врачебную практику? Насколько знаю, стали заведующим отделения с 2014-го года.

– Должность заведующего освобождена от ведения пациента, то есть, оформлением первичной медицинской документации я не занимаюсь. Моя работа больше сведена к организации работы отделения, осуществлению контроля качества и проведению анализа работы отделения. Но, если честно, в данный момент у меня еще много хирургических амбиций: в нашей области процесс развития специалиста бесконечен. В связи с чем, планку стараюсь держать и ставить все выше и выше. Интерес у меня не только к освоению новых операций и к применению новых технологий, но и к совершенствованию в том, что уже умею.

– Как восстанавливаетесь после выполнения операции?

 «Не трогайте – оставьте в покое!», – точно не про меня. Мне, наоборот, необходимо общение. По большей части, общение с друзьями и семьей помогает восстановиться.

– У вас жена и двое маленьких детей. Ваша работа заведующего отделением включает и ночные дежурства. Как семья реагирует на то, что периодически отсутствуете в ночное время?

 Первое желание сказать, что уже привыкли. Отчасти, такое тоже имеет место быть. Хотя существуют профессии, в которых мужья отсутствуют и более длительный период! (Смеется.)


Врач и пациент

– Замечательно! Расскажите про экстраординарную, необычную, операцию в вашей практике?

– Признаюсь, не могу выделить даже какую-то одну операцию… Работа в нашем отделении травматологии-ортопедии – это всегда ежедневный вызов: простых пациентов, в принципе, нет. По статусу нашей больницы мы концентрируем у себя наиболее тяжелых пострадавших. Поэтому каждый пациент здесь – по-своему сложный и по-своему интересный.

– У вас серьезный опыт в проведении сложных операций. Скажите, вы и в настоящее время готовитесь к их проведению?

– Конечно! Тщательное предоперационное планирование – это один из залогов успешно выполненной операции. Планировать необходимо, казалось бы, даже рутинный случай. Важно знать все нюансы. Нужно четко понимать механизм травмы, чтобы «увидеть» целостную картину повреждения. Необходимо на этапе предоперационного планирования продумать хирургический доступ, способ репозиции, какой конструкцией будем фиксировать… Одна конструкция понадобится или несколько?.. Все «расчеты», разумеется, проводятся заранее: время, потраченное на планирование, – это сэкономленное время в операционной, это более качественный и предсказуемый результат!

– А психологический портрет пациента перед операцией изучаете?

– Это тоже очень важный момент взаимодействия пациента с врачом: насколько пациент понимает сложность происходящей ситуации. Зачастую это и определяет тактику лечения.

– Вы можете о себе сказать, что с годами, не будучи психологом по профессии, приобрели эти навыки благодаря профессии врача-травматолога?

– Врач, по сути, должен быть и психологом. Потому что, если пациенту не стало лучше после беседы с врачом, значит, это плохой врач… Поэтому в какой-то степени, безусловно, это так.

– Опишите портрет современного пациента. Изменился ли он за 2000-е и 2010-й года?

– Изменился, однозначно. Возросло, объективно, потребительское отношение к нашей профессии. Профессия из искусства исцеления превращается в сферу потребления. Если коротко, портрет современного пациента можно охарактеризовать такими многоговорящими фразами: «Мне все должны» и «Я и так всё знаю, как лечиться». И в настоящее время «всезнающий» пациент становится масштабным явлением... На дверях одной из немецких клиник висело лаконичное объявление: «Если вы пришли сюда, чтобы узнать мнение, отличное от Google – спросите у Yahoo!». Словом, пациент стал с необоснованно завышенными требованиями, считающий нормой писать жалобы на врачей.

 

О медицине в настоящем

– Согласитесь, ситуация абсолютно абсурдная. За два десятилетия, очевидно, уровень здравоохранения и специалистов вырос. Технологический прогресс стимулирует. Да и врачи с пациентами в ходе лечения стали взаимодействовать еще более близко… Тем не менее, культурный уровень пациентов стремительно падает. Это что – «проблематика» современного общества?

– Думаю, здравоохранение – это такой же срез нашего общества. Вот и все. Если в последние десятилетия, в целом, культурный уровень общества упал, то сложно ожидать, что в отдельно взятой отрасли здравоохранения он станет высоким… К тому же в провинции стоит острая проблема кадров – отток специалистов начался давно и стремительно продолжается. Поэтому говорить, что в здравоохранении произошел качественный скачок, с точки зрения применения технологий – это есть, но с точки зрения «качественного скачка» в специалистах – этого не произошло.

– Если бы не было медицины, с чем столкнулось человечество? С какими первостепенными проблемами? В наше время идет популяризация и возвышение бизнес-образования, как будто профессия бизнесмена самая важная в нашей стране. Как относитесь к такой тенденции и к тому, что профессия врача, объективно, недостаточно оценена в России?

– Негативные последствия таких тенденций, конечно, пугают. И не то, что профессия врача становится неуважаемой и непопулярной, дело в том, что именно она попадает под «удар» СМИ: показательные судебные процессы, «очернение» профессии врача… Все это будет иметь печальные последствия. Да уже имеет! Лучшие из нас – либо уходят, либо уезжают.

– В таком случае, как считаете, что могло бы изменить ситуацию в отношении пациента к врачам?

– Что могло бы изменить? Только по-настоящему страховая система! Мы живем в рыночной системе. Соответственно, как только человек начинает платить, он начинает несколько больше это ценить. И думаю, что базовая страховка (я не говорю про абсолютно платное здравоохранение – это нереально) – это гарантия уважительного отношения. Причем гражданин, а не государство, должен оплачивать эту страховку.

 Часто ли пациенты говорят слова благодарности?

– Да! К большой радости, мы работаем не только с потребителями. Есть пациенты, которые по-настоящему ценят то, что для них сделано и искренне благодарят. Вот ради таких и хочется работать…

– Может, определенные трогательные моменты этому сопутствовали?

– Что запомнилось?.. Приятно, когда пациенты возвращаются и говорят: «Смотрите, у меня все здорово и хорошо. Спасибо вам большое!». И когда видишь, как пациент замечательно восстановился и приходит отблагодарить, это, однозначно, мотивирует и стимулирует. А есть пациенты, которые дарят статуэтки, трогательные мелочи… «Воспоминания» о них хранятся у меня на видном месте в рабочем кабинете.



– Кто такой врач в вашем понимании?

– Врач – это философ, который имеет глубокое понимание, что такое болезнь. И знает, как действовать и как решать эти проблемы.

 Что такое болезнь?

 Это состояние, противоположное здоровью. Тут, наверное, проще дать определение здоровью.

– Что такое здоровье?

– Это как раз то состояние, когда пациент не думает, что есть врач.

 В чем смысл жизни для вас?

 Каждый период жизни смысл меняется. Когда-то ответ на этот вопрос не вызывал сложностей. В свое время сказал бы, в борьбе. Сейчас мне кажется, смысл нашей жизни – оставаться человеком, несмотря на окружающие обстоятельства.

 

****

Persona Grata


13 фактов о Дмитрии Лапидусе:

  • Женат, двое детей;

  • Окончил лечебный факультет АГМА (СГМУ – в настоящее время) в 2004 году;

  • Окончил интернатуру травматологии и ортопедии в 2005 году;

  • С 2005 года работает врачом травматологом-ортопедом в АОКБ;

  • В год проводит, в среднем, 250-260 операций;

  • Средняя продолжительность операции – 5-6 часов;

  • Награжден Почетной грамотой департамента здравоохранения и администрации Архангельской области «За многолетний добросовестный труд» в 2007 году;

  • За 13 лет работы травматологом-ортопедом выполнено более 3 тыс. операций;

  • С 2014 года – заведующий травматолого-ортопедического отделением №2 в АОКБ;

  • Награжден Почетной грамотой Архангельского областного Собрания депутатов «За многолетний труд и оказание помощи жителям АО» в 2014 году;

  • Окончил ординатуру в 2017 году;

  • Объявлена благодарность Губернатора Архангельской области в 2017 году;

  • Объявлена благодарность министра здравоохранения РФ в 2018 году.



Регистратура поликлиники
+7(8182) 63-63-00

Справочное (стационар)
+7(8182) 63-63-01
Перинатальный центр
+7(8182) 63-63-88
Приемное отделение
+7(8182) 63-63-03

Приемное перинатальное
+7(8182) 63-63-45
Приемное инфекционное
+7(8182) 63-62-33

Платные услуги
+7(8182) 63-63-69
Минздрав
Новости

Нашли ошибку?
Выделите этот текст мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Яндекс.Метрика